Валерий Брюсов поэт русского символизма



Первая половина XIX – начала XX вв. ознаменовался в искусстве появлением нового направления – декаданса, который обозначал кризисные, упадочные явления в нереалистических течениях, в том числе и символизме. Валерий Брюсов вошел в нашу литературу как поэт-символист. И в начале своего творческого пути он считался лидером русского символизма, не раз декларировал позиции этого течения в статьях, например “Ключи тайн” (1903). Уход от действительности проявлялся в крайнем индивидуализме, в интересе к проблеме личности, в иррационализме, в

сиюминутности чувств, туманности образов, мистицизме.

Брюсов считал, что главная задача настоящего поэта – уловить момент прозрения, пик вдохновения, открыть в человеке его самые глубокие и тайные чувствования. Это действительно важная и нелегкая задача.

В стихотворении 1895 года “Все кончено…”, эпиграфом которого являются строки А. Пушкина, история любви и разлуки переживается не подавленным и отчаявшимся человеком, а героем, который обуреваем сильными чувствами, “несказанными мыслями”, “неясно туманными” ощущениями. Лирический герой пытается превозмочь “восторг мечты”, наслаждается

“изысканной”, “тайной мукой”, в которой нашел “родник красоты”, и баюкает сердце “восторгами” своей загадочной муки. Стихотворение изобилует восклицательными и вопросительными знаками, многоточиями и другими признаками исключительно напряженных чувств: “О, любимая…”, “я спешу, я бегу…”, многократные повторения “навсегда” (семь раз), “вечная разлука”, “никогда”. Все это, казалось бы, нарочито умножает, увеличивает впечатление от сильнейших переживаний после расставания с любимой. И ведь странно, что в стихах нет печали, опустошенности, неизбывного горя – всего того, что мы могли бы ожидать от подобного сюжета.

Но вспомним, что говорил Брюсов о символизме: главное – зафиксировать миг и увидеть тайное в себе! Он нашел очарование и красоту в чувстве утраты. Поэтому и пейзаж подчеркивает необычность его сладкой муки: ночь, светлая и тихая, пустынные улицы, “манящие тени” – все располагает к тому, чтобы наедине с самим собой отдаться своей упоительной муке.

В этом раннем периоде творчества Брюсова мы найдем стихи с урбанистическими зарисовками, о “суете городов”, об их больших домах, улицах, площадях и грохоте камней (“Я люблю большие дома” – 1898). Казалось бы, это так не соответствует принципам символизма с их углубленностью во внутренний мир человека, с их поиском тайного, запредельного в недрах души. Но в этом соединении, на первый взгляд, несоединимых позиций и есть особенность поэзии Брюсова, что наряду с поэтизацией мгновенных чувств и настроений, он сознает себя человеком своей эпохи, слышащим сквозь грохот и шум города песню своего сердца.

Брюсов часто обращался в своих стихах к мифическим и историческим образам: баллада “Раб” (1900), “Помпеянка” (1901), “Наполеон” (1901), “Образы времени” (1907-1914), “Мумия” (1913), “Гарибальди” (1913), “Боттичелли” (1921) и много других. Они обладают четкой квадратностью, фламандской живописностью образов, но в то же время и передачей тонкой глубины впечатлений и переживаний, что так свойственно символизму. Из сказанного можно сделать вывод, что брюсовский символизм не остановился в своем развитии.

Время диктовало иные задачи, и он раздвигал горизонты своей поэзии, открывал иные возможности стихосложения, обогащал тематику своего творчества. Но все же в истории русской литературы он навсегда останется адептом символизма, ярким и многогранным поэтом “серебряного века”.



1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (Пока оценок нет)
Loading...


Вы сейчас читаете сочинение Валерий Брюсов поэт русского символизма