Тема революции в поэзии Лермонтова

Приверженность Лермонтова к революции, влюбленность в нее таилась у поэта в самых глубинах сердца, в его сокровеннейших тайниках. События тридцатого года во Франции, Бельгии, Польше, Англии, России. Албании падали на подготовленную почву: поэт жаждал бури земной и небесной, искал ее и призывал ее. Без нее настроение Лермонтова 30-го года можно характеризовать как трагическую безысходность, о чем говорит вся любовная лирика этого времени, которой не недоставало масштабности и общественного содержания. В силу этой трагической безысходности Лермонтов

только и мог сказать: «Моя революция». От нее он ждал своего освобождения. Прочитайте его стихи 1830 года, обращенные к загадочной Н. Ф. И., — они производят гнетущее впечатление. Настроение поэта тяжелое, мрачное, мрак беспросветный, «чувства, ум тоскою стеснены», — нечего делать и некуда податься. Состояние трагического одиночества усиливается любовью. Поэт несет к ней свою печаль и горестные раздумья, а она:

Но тут мы должны прервать себя для вынужденного и крайне необходимого замечания. «Загадка Н. Ф. И.» была артистически разгадана Ираклием Андрониковым со всем изяществом и художественной

завершенностью, свойственной этюдам этого замечательного человека, поэта в исследованиях и исследователя в дивной поэзии своих «устных рассказов». Там, где побывал Ираклий Андроников, другому делать нечего, — сюда нечего добавлять. Право всякого рода добавлений и уточнений может остаться только за Лермонтовым и ни за кем более. И поэт помогает разгадать до конца «загадку Н. Ф. И.» — Наталии Федоровны Ивановой. С его слов мы можем сказать, не хлопоча особо о деликатности выражения, что это была типичная московская дворяночка, средней руки и пошиба; поэта она не понимала и не могла понять, и не в силу недостатка умственной изощренности, а в силу убожества своей мещанской психологии. Она не любила Лермонтова, но, очевидно и здесь-то и проявилось все убожество ее души, ей льстила его любовь, и она, кокетничая, решила придержать поэта при себе вернее, при своем альбоме, маня его и отвергая. Она использовала все выгоды беспредельно любимой женщины и вконец истерзала поэта. Его стихи к ней — крик, стон, плач, моление о помощи и пощаде, и все это завершилось грозовым и очистительным: «Я не унижусь пред тобою:»

Нам представляется необходимым при анализе политической лирики Лермонтова говорить и о его любовной лирике: в силу указанного единства лирическая форма объясняет и дополняет другую, если не сказать — сливается с ней. И особенно много нам расскажут стихи, посвященные Н. Ф. И. Кстати, их, очевидно, гораздо больше, чем принято думать. Ряд лирических пьес тридцатого — тридцать первого годов, обращенных к женщине, не названной по имени, следует с очень большой вероятностью адресовать Н. Ф. Ивановой.

Он осуждал народ за другое: за рабское послушание и покорность. Ему дано было видеть великий смысл беспощадного русского бунта. Великий смысл при всей его разрушительной силе, неисчислимых страданиях и бедах, при сомнительности непосредственных результатов и, наконец, даже при неудаче его. Трезво глядя на возможности и характер восстания, говоря о своем участии в нем, Лермонтов не ожидает быстрой, непосредственной и гарантированной удачи народного выступления. Скорее, наоборот: ему представляется неизбежным поражение восстания и при этом своя трагическая судьба: «Я предузнал свой жребий, свой конец:» Но это ни на миг не изменяет ни его оценки революции, ни его отношения к ней. Такая фанатическая приверженность к идее необходимости революции, к идее, ставшей чертой личности и характера Лермонтова, в истории встречается нечасто. И не совершают ли литературоведы очередной акт несправедливости по отношению к великому поэту, когда на основании его стихотворения, извлеченного из альбома дочери реакционного историка — Софии Николаевны Карамзиной и носящего все черты альбомности, явно преувеличивают мирные желания и мирные настроения поэта в последние годы жизни? Мы убеждены, что ни Карамзиной, никому другому не было дано приручить великого поэта. И относительно его будущего наиболее вероятен и наиболее обоснован прогноз Чернышевского, который видел в Лермонтове соратника Белинского, человека отнюдь не мирных намерений и настроений.



1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (Пока оценок нет)

Вы сейчас читаете сочинение Тема революции в поэзии Лермонтова