Имя товарища Шарикова

Шариков — результат смелого эксперимента профессора Преображенского. В его ходе у только что умершего человека были изъяты семенные железы и гипофиз и пересажены собаке. Профессор хотел проверить влияние гипофиза на омоложение организма, но, к его удивлению, собака постепенно стала превращаться в человека.

Собака была неплохим существом, но в получившемся создании полностью преобладала личность Клима Чугункина, необразованного алкоголика, неоднократно судимого, который вел антисоциальный образ жизни. От Шарика (кличка собаки) новому

человеку достались лишь извращенная любовь к машинистке (она как-та раз покормила собака), нелюбовь к котам и умение из ловить. Называться он решил Полиграф Полиграфович Шариков (имя помог выбрать председатель домкома Швондер).

Несмотря на предположение доктора Борменталя, что Шариков «разовьется в чрезвычайно высокую психическую личность», Полиграф Полиграфович превратился в стереотипное тупое и подлое быдло (спасибо Чугункину).

Политические взгляды Шарикова сформировались под влиянием Швондера — «Взять все и поделить!». Культура его не интересовала. Образование тоже. Своим создателям, на

чьей территории он жил, Шариков хамил, считая их вражеским классом («. один в семи комнатах расселился, у него сорок пар, а другой шляется, в мусорных ящиках пропитание ищет. ) и доставлял всяческие бытовые неудобства и убытки. Стал пить, приставать к женщинам и даже привел в квартиру Преображенского каких-то забулдыг.

Несмотря на все это, он смог устроится на работу (ловил котов, из которых затем делали пальто) и сделать неплохую карьеру (стал начальником подотдела очистки Москомхоза). Судя по показанным в фильме кадрам, Шариков начал набирать некоторый вес и в политической жизни города.

После этого, почувствовав в себе силу, Шариков решил жениться на своей машинистке (кстати, практически отбив ее у Борменталя, который так и не осмелился с ней познакомиться), и привести ее в квартиру профессора, используя свое право на часть жилплощади. Получив отказ, Шариков написал донос на своего создателя, а после этого, когда его попросили покинуть квартиру, стал угрожать пистолетом Преображенскому и Борменталю.

Тут терпение их не выдержало. Шарикова немного придушили и обратно превратили в собаку, пересадив ему обратно собачий гипофиз.

Цитаты Шарикова

Первые фразы Шарикова:

— Пивная, еще парочку.

— Дай папиросочку, у тебя брюки в полосочку.

Поведение за столом:

— Я еще водочки выпью?

— А вам жалко что ли?

— Оооо! Ититттвою мать, профессор! Иди сюда, выпей с нами.

— И другим надо предложить, — сказал Борменталь, — и так: сперва Филиппу Филипповичу, затем мне, а в заключение себе. Шариковский рот тронула едва заметная сатирическая улыбка, и он разлил водку по рюмкам.
— Вот все у вас как на параде, — заговорил он, — салфетку — туда, галстук — сюда, да «извините», да «пожалуйста-мерси», а так, чтобы по-настоящему, — это нет. Мучаете сами себя, как при царском режиме.
— А как это «по-настоящему»? — Позвольте осведомиться.
Шариков на это ничего не ответил Филиппу Филипповичу, а поднял рюмку и произнес:
— Ну желаю, чтобы все…

— Уж, конечно, как же… — Иронически заговорил человек и победоносно отставил ногу, — мы понимаем-с. Какие уж мы вам товарищи! Где уж. Мы в университетах не обучались, в квартирах по 15 комнат с ванными не жили. Только теперь пора бы это оставить. В настоящее время каждый имеет свое право…

— Что говорит этот ваш прелестный домком?
— Что ж ему говорить… Да вы напрасно его прелестным ругаете. Он интересы защищает.
— Чьи интересы, позвольте осведомиться?
— Известно чьи — трудового элемента.
Филипп Филиппович выкатил глаза.
— Почему же вы — труженик?
— Да уж известно — не нэпман.

— На учет возьмусь, а воевать — шиш с маслом.

— У самих револьверы найдутся.

— Я не господин. Господа все в Париже.

— Человеку без документов строго воспрещается существовать.

Когда Шариков был собакой:

— Какая гадина, а еще пролетарий.

— Ведь он ее не каким-нибудь обыкновенным способом, а подвергает французской любви. Суки эти французы, между нами говоря.

— Вор с медной мордой.

— Ошейник, это вроде как портфель.

— Да называйте как хотите. За такой исключительный ваш поступок.

— Дворники из всех пролетариев — самая гнусная мразь.

— . Чувствую, знаю — в правом кармане шубы у него колбаса. Он надо мной. О, мой властитель! Глянь на меня. Я умираю. Рабская наша душа, подлая доля. А в сущности — зачем она вам? Для чего вам гнилая лошадь?

Песня Шарикова, которую он исполнил перед врачами и учеными

Эх, говори Москва, разговаривай Рассея!
Эх, яблочко, ты мое спелое,
А вот барышня идет кожа белая,
Кожа белая, а шуба ценная,
Если дашь чего — будешь целая.
Эх, яблочко, да с голубикою,
Подходи буржуй глазик выколю,
Глазик выколю — другой останется,
Чтоб видал говно кому кланяться.