Накануне Тургенев

В начале 1860 г. Тургенев напечатал роман “Накануне”. Тургенев – любимец русских читающих людей,- писал критик журнала “Русское слово”, – и они уже давно привыкли восторженно встречать каждое новое произведение его, полагая найти в нем ответ на заветные думы”. Тургенев упрочил уже за собой рег? утацию не только крупнейшего писателя – художника, но и писателя, который, по словам Добролюбова, “быстро угадывал новые потребности, новые идеи, вносимые в сознание общества, и в своих произведениях обыкновенно обращал (насколько позволяли обстоятельства) внимание на вопрос, стоявший на очереди и уже смутно начинавший волновать общество”.

Романом “Накануне” как нельзя более Тургенев оправдал эту оценку. Новое его произведение явилось “новым словом” в русской литературе, вызвало шумные толки и споры (и в критике и у читателей). Роман читался с жадностью. “Самое название его,- по словам критика “Русского слова”, – со своим символическим намеком, которому можно придать очень обширный смысл, указывало на мысль повести, заставляло догадываться, что автор хотел сказать что-то больше того, что заключено в его художественных образах”. В чем же была идея, особенности, новизна третьего романа Тургенева?

Если в “Рудине” и “Дворянском гнезде” Тургенев изображал прошлое, рисовал образы людей 40-х годов, то в “Накануне” он давал художественное воспроизведение современности, откликался на те заветные думы, которые в период общественного подъема второй половины 50-х годов волновали всех мыслящих и передовых людей.

Не идеалисты-мечтатели, а новые люди, положительные герои, подвижники дела были выведены в романе “Накануне”. По словам самого Тургенева, в основу романа была “положена мысль о необходимости сознательно-героических натур. для того, чтобы дело подвинулось вперед”.

В центре, на первом плане, стоял женский образ. Весь смысл романа таил в себе призыв к “деятельному добру” – к общественной борьбе, к отрешению от личного и эгоистического во имя общего.

В героине романа, “удивительной девушке” Елене Стаховой, выступал “новый человек” русской жизни. Елена окружена даровитой молодежью. Но ни Берсенев, только что кончивший университет и готовящийся стать профессором; ни талантливый скульптор Шубин, в котором все дышит искрометной, умной легкостью и счастливой веселостью здоровья, влюбленный в античность и думающий, что “вне Италии нет спасения “; ни тем более “жених” Курнатовский, эта “служебная честность и дельность без содержания”, –...

не разбудили чувств Елены.

Свою любовь она отдала Инсарову, иностранцу-болгарину, бедняку, у которого в жизни была одна великая цель – освобождение родины от турецкого гнета и ь котором жила “сосредоточенная обдуманность единой и давней страсти”. Инсаров покорил Елену тем, что ответил на ее смутное, но сильное стремление к свободе, увлек ее красотой подвига в борьбе за “общее дело”.

И Шубин, и Берсенев отступили перед Инсаровым, отдавая должное его прямой и смелой “железной” силе. Шубин признается: “Нет еще у нас никого, нет людей, куда ни посмотри. Все – либо мелюзга, грызуны, гамлетики, самоеды, либо темнота и глушь подземная, либо толкачи, из пустого в порожнее переливатели да палки барабанные!” Он спрашивает: “Когда ж наша придет пора? Когда у нас народятся люди?” – и слышит ответ собеседника: “Дай срок. будут”.

Выбор, сделанный Еленой, как бы указывал, каких людей ждала и звала русская жизнь. Среди “своих” таких не было – и Елена ушла к “чужому”. Она, русская девушка из богатой дворянской семьи, стала женой бедняка-болгарина Инсарова, бросила дом, семью, родину, а после смерти мужа осталась в Болгарии, верная памяти и “делу всей жизни” Инсарова. В Россию она решила не возвращаться, спрашивая: “Зачем? Что делать в России?” На ее вопрос время ответило романом Чернышевского, “русскими Инсаровыми”, поднявшими борьбу с отечественным “турецким гнетом”.

В замечательной статье, посвященной разбору романа “Накануне”, Добролюбов писал: “Появляются уже такие понятия и требования, какие мм видим в Елене; требования эти принимаются обществом с сочувствием; мало того – они стремятся к деятельному осуществлению. Это значит, что уже старая общественная рутина отживает свой век: еще несколько колебаний, еще несколько сильных слов и благоприятных фактов,- и явятся деятели. Тогда и в литературе явится полный, резко и живо очерченный образ русского Инсарова. И недолго нам ждать его: за это ручается то лихорадочное, мучительное нетерпение, с которым мы ожидаем его появления в жизни. Он необходим для нас, без него вся наша жизнь идет как-то не в зачет, и каждый день ничего не значит сам по себе, а служит только кануном другого дня. Придет же он, наконец, этот день! “

Через два года после “Накануне” Тургенев написал роман “Отцы и дети”.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (Пока оценок нет)
Loading...
Вы сейчас читаете сочинение Накануне Тургенев
?